Расформированные Военные Части Под Петербургом



расформированные военные части под петербургом

Заброшенные места

Все про кредиты на отдых

27 августа Нет комментариев

Заброшенная усадьба графа Орлова

Заброшенная база хранения вооружения и техники

Расформированный дисциплинарный батальон в Новосибирске

Заброшенный вертолетный полк под Новосибирском

Заброшенный батальон связи в Новосибирске

Заброшенный вокзал в Новом Афоне

Заброшенный военно-химический институт

Заброшенный трубочно-инструментальный завод

Заброшенный узел связи под Москвой

История с демографией и про Березники тоже

Текст:

Газета «РБК-daily» опубликовала исследование демографических и миграционных тенденций в России, имевших место с 1989 по годы. Отправной точкой стала последняя советская перепись населения, проведенная в год демографического бума. Эксперты составили и рейтинг территорий-лидеров прироста и убыли населения. Примечательно, что в докладе нашлось место и Березникам.

ГДЕ НА РУСИ ЛУЧШЕ ВООБЩЕ НЕ ЖИТЬ?

Прежде чем говорить о демографическом «взрыве» или, наоборот, упадке, следует разграничивать естественные и искусственные причины изменения количественного уровня населения. Так, например, пока жители средней полосы и северных регионов откладывают рождение единственного ребенка «на потом», предпочитая для начала, что называется, встать на ноги, - жители республик Кавказа, что называется, не спят ночами, бесконечно улучшая демографическую ситуацию в своих регионах. Так, например, за четверть века Ингушетия продемонстрировала естественный прирост населения более чем в два раза, а соседний с ней Дагестан - на 30 процентов.

А вот убыль населения по естественным причинам стала настоящим бичом Центрального и Северо-Западного федеральных округов России - здесь, по данным исследователей, из-за превышения смертности над рождаемостью численность населения за 25 лет уменьшилась на 16-22 процента (печальное лидерство удерживают Тульская и Ленинградская области).

Что же касается миграции, составляющей основу искусственных причин изменения количественного состава проживающих на территории, то здесь все пронзительно банально - люди стремятся туда, где есть работа и возможность зарабатывать деньги.

Именно этим объясняется бурный рост нефтегазопромысловых городов за Уралом - так, за 25 лет численность населения некогда заштатного Ханты-Мансийска увеличилась в 2,7 раза, города Губкинский на Ямале - в 2 раза. Примерно такой же рост продемонстрировал Всеволожск, что находится в Ленинградской области - сегодня в этом городе сосредоточена целая масса заводов автомобильной промышленности. Впрочем, и американский Детройт когда-то был таковым, а сегодня этот город-автозавод считается едва ли не главным в США «городом-призраком» - закрылись предприятия, разъехались почти все люди.

Примерно та же картина вот уже много лет наблюдается и в российской глубинке. И чем дальше от Москвы, тем отчетливее оглушается упадок. Особенно зримо народ покидает северные и полярные населенные пункты. Абсолютным лидером по сокращению населения является закрытое административно-территориальное образование (ЗАТО) Островной (Мурманская область) - минус 87 процентов.

Автомобильного или железнодорожного сообщения с Островным нет. Раньше в Островном располагалась крупная база Северного флота, но с началом 1990-х военно-морские части были либо расформированы, либо переформированы. Результат - исход жителей. С 1998 года реализуется программа по вывозу радиоактивных отходов из «Гремихи» для дальнейшего захоронения. Что будет с Островным, когда его покинет последний эшелон с радиоактивными отходами, неизвестно, - сообщает «РБК-daily». Высокое сокращение населения с 1989 года наблюдалось также в Игарке (-72%), Сусумане (-69%) и других городах Крайнего Севера и Дальнего Востока. Как правило, причинна для снижения численности жителей таких городов одна - закрытие градообразующих предприятий в 1990-х.

Но даже там, где, казалось бы, «еще теплится жизнь», ширятся чемоданные настроения. Реальные доходы жителей провинциальных городов за четверть века снизились в 2,5 - 3 раза, поэтому все больше людей вынуждены срываться со своих мест в поисках лучшей доли. И ищут они ее, как правило, ближе к Москве. Именно этим объясняется бурный рост городов ближнего Подмосковья, абсолютным лидером среди которых являются подмосковные Котельники, обеспечившие более чем двукратный прирост населения за счет приезжающих из других регионов страны.

К слову, период массового «исхода» кое-где уже закончился. Так, резкое сокращение числа уезжающих отмечается на Дальнем Востоке, а город Владивосток, например, в наши дни возглавляет список российских городов по обеспеченности автомобилями, опережая как Москву с Санкт-Петербургом, так и богатые недрами города Югры. Правда, автомобили во Владивостоке «немножко не той системы».

БЕРЕЗНИКИ: МЕЖДУ ПРОШЛЫМ И БУДУЩИМ

Нас заметили. Наряду с Пермью, лишившейся за четверть века более 5 процентов своего населения и покинувшей когорту российских городов-миллионников. Но в Перми, с ее более выгодным географическим положением, развитой транспортной и социальной инфраструктурой, не все так печально, как в Березниках - втором по величине городе края, за 25 лет потерявшем четверть (!) своего человеческого потенциала.

Да, по данным переписи 1989 года, численность населения в Березниках превышала 200 тысяч человек, а при благоприятном развитии могла увеличиться до 300-350 тысяч. Мы могли бы стать в один ряд с такими городами, как Нижний Тагил, Магнитогорск, Тольятти, но процесс пошел в обратном направлении, и сейчас нас, березниковцев, чуть более 150 тысяч.

При этом едва ли не каждый второй мечтает свалить отсюда при первом же удобном случае. Мы дошли до той самой «ручки», когда, беря в банке кредит на покупку квартиры, березниковцы предпочитали покупать жилье в Перми, в качестве площадки на случай внезапного переезда.

В самом деле, чего ждать от территории, где плохо развит частный бизнес, и люди стремятся устраиваться на заводы где не осталось ни аэропорта, ни вокзала, ни речного сообщения и уехать отсюда можно разве что на автобусе где в больницах скоро не останется врачей, да и сами больницы ликвидируются как самостоятельные единицы где закрываются филиалы гуманитарных вузов, не оставляя ни малейшей надежды удержать в этих краях хоть какую-нибудь интеллигенцию где закрыли якобы за ненадобностью большую часть профессиональных училищ - как будто этому городу больше не нужны ни аппаратчики-химики, ни строители. Хотя да, не нужны - те ничтожно малые объемы нового жилья, что возводятся сейчас в Березниках, строятся руками вахтовых рабочих.

Конечно, можно сколько угодно придумывать агломерации и мыслить на отдаленную перспективу. Но когда сегодня ты слышишь, как оставшиеся в Березниках родители на полном серьезе требуют от своих уехавших в Москву отпрысков ни в коем случае не бросать учебу или работу и не возвращаться назад, потому что «мы хотим, чтобы наши внуки родились и выросли в нормальных условиях», то понимаешь - статистика, скорее всего, не врет.

Автор – березниковский журналист

Опубликовано: газета «Березники Вечерние»

БЕРЕГОВЫЕ ВОЙСКА ВОЕННО-МОРСКОГО ФЛОТА

Решение о формировании Береговых войск (БВ) ВМФ как нового современного рода сил было принято в октябре 1989 года на базе существовавших в ВМФ двух самостоятель­ных родов сил — береговых ракетно-артиллерийских войск (БРАВ) и морской пехоты (МП), с передачей флоту соединений и частей из состава сухопутных войск, дислоцирую­щихся на побережье. Береговые войска предназначены для прикрытия сил флотов, войск, населения и объектов на морском побережье от воздействия надводных кораблей про­тивника обороны военно-морских баз и других важных объектов флотов с суши, в том числе от морских и воздушных десантов высадки и действий в морских, воздушно-морс­ких десантах содействия сухопутным войскам в противодесантной обороне десантноопасных районов морского побережья уничтожения надводных кораблей, катеров и десантно-транспортных средств в зоне досягаемости оружия. Кроме береговых ракетно-артиллерийских войск и морской пехоты в БВ входят войска береговой охраны (ВБО). Каждый род войск решает определенные целевые задачи самостоятельно и во взаимо­действии с другими родами войск БВ и сил ВМФ, а также соединениями и частями других видов Вооруженных сил.

Во главе вновь созданного рода сил на флоте (флотилии, ВМБ) стоит начальник Бере­говых войск, а в Главкомате ВМФ — начальник Береговых войск Военно-морского флота с соответствующими управлениями.

Однако история развития современных Береговых войск неразрывно связана с борь­бой русского народа за выходы к морям и обеспечение безопасности морского побере­жья государства от нападения с моря. Привлекаемые силы для решения этих задач объе­динились одним общим понятием — Береговая оборона, которая до 1930 года переходи­ла в ведение то сухопутного, то морского командования, а с 27 марта 1930 года решением Революционного Военного Совета СССР была во всех отношениях подчинена Военно-морским силам РККА.

ПРИКАЗ РЕВОЛЮЦИОННОГО ВОЕННОГО СОВЕТА ССС РЕСПУБЛИК 27 марта 1930 года № 017

Москва

В целях упорядочения вопросов стро­ительства и снабжения береговой оборо­ны, предлагаю:

1. Береговую оборону во всех отноше­ниях подчинить Начальнику Военно-Мор­ских Сил РККА на одинаковых основани­ях с морским флотом.

2. Сосредоточить в Управлении Воен­но-Морских Сил РККА все строительство и снабжение береговой обороны на общих основаниях с флотом, оставив за Военно-Строительным Управлением РККА техни­ческое руководство военно-строительны­ми работами.

3. Выделить с 1930/31 года кредиты на строительство и снабжение береговой оборо­ны в особые §§, передав их в распоряжение Управления Военно-Морских Сил РККА.

4. Начальнику Морских Сил по согла­совании с начальником штаба за счет пе­регруппировки ныне существующих спе­циалистов, занимающихся береговой обо­роной в различных управлениях, усилить штат сотрудников У ВМС РККА этими спе­циалистами.

НАРОДНЫЙ КОМИССАР ПО ВОЕННЫМ И МОРСКИМ ДЕЛАМ И ПРЕДСЕДАТЕЛЬ РЕВОЛЮЦИОННОГО ВОЕННОГО СОВЕТА ССС РЕСПУБЛИК

Ворошилов

На подлиннике визы:

Р. Муклевич 21/III

Уборевич

Б. Шапошников 22/III

С. Каменев 23/III

Верно: подпись

Р-1483 1101-1

Дальнейшее развитие береговой обо­роны неразрывно связано с развитием ВМФ, и, что касалось береговой обороны, то существовало два мнения. Первое сво­дилось к тому, что для организации обо­роны военно-морских баз и других важ­ных приморских объектов в этих районах следует сосредоточить сухопутные войска, передав в их распоряжение береговые ба­тареи. Сторонники другой точки зрения, основываясь на опыте Первой мировой войны, предлагали создавать береговую оборону как полноценный род сил флота, органически входящий в него и постоян­но готовый вести борьбу во взаимодей­ствии с корабельными соединениями. Для чего в состав береговой обороны включить кроме береговой артиллерии части морс­кой пехоты, зенитные средства, сухопут­ную артиллерию, стрелковые и танковые части. Именно так и стала строиться бе­реговая оборона, а с назначением народ­ным комиссаром ВМФ СССР 28 апреля 1939 года Николая Герасимовича Кузне­цова стал наблюдаться количественный и качественный рост береговой обороны, которой он уделял особое внимание.

К началу Великой Отечественной вой­ны силы береговой обороны, по сравне­нию с 1931 годом, значительно увеличи­лись, напряженно велись работы по созда­нию береговой обороны на всех флотах, особенно уделялось внимание укреплению западных морских границ на всем их про­тяжении. Все флоты располагали хорошо организованной системой школ, которые готовили сержантский состав по всем спе­циальностям береговой обороны. Создан­ное в 1931 году Военно-морское училище береговой обороны имени ЛКСМУ полно­стью обеспечило флоты квалифицирован­ными командными кадрами. С сентября 1935 года по январь 1941 года численность командного состава береговой обороны возросла в шесть раз (с 1822 до 10 894 че­ловек).

Под руководством Н.Г. Кузнецова вы­росла плеяда талантливых командиров береговой обороны, в их числе генералы СИ. Воробьев, Г.Т. Григорьев, СИ. Кабанов, П.А. Моргунов, И.С Мушнов и другие.

Большую роль в организации надеж­ного прикрытия военно-морских баз от внезапных ударов сыграли разработанные по указанию Н.Г. Кузнецова инструкции по оперативным готовностям. С установ­лением повышенной готовности в каждом укрепленном районе и в отдельных диви­зионах для несения оперативного дежур­ства выделялось несколько батарей, а в районах, где имелось только по одной ба­тарее, устанавливалось дежурство одного орудия. Это позволило в значительной мере ослабить первые воздушные удары противника по военно-морским базам.

На приморских направлениях немец­ко-фашистское командование намерева­лось силами своих сухопутных войск до­биться «сухопутной смерти» советских военных флотов. Однако героическая обо­рона Таллинна, Ленинграда, Ханко, Моонзундских островов, Одессы, Севастополя, Новороссийска, Туапсе, Мурманска суще­ственно нарушила планы противника, и в этом заслуга, наряду со всеми привлекае­мыми силами, береговой обороны флотов.

В послевоенный период была проведе­на большая работа по принятию новых систем артиллерийского вооружения для береговой артиллерии и созданию новых организационных формирований морс­кой пехоты с учетом опыта войны.

В последующие годы, с развитием ра­кетно-ядерного оружия, береговая артиллерия была преобразована в береговые ракетно-артиллерийские войска, морская пехота была перевооружена на новые об­разцы оружия и в том числе плавающую технику, и два рода сил — БРАВ и МП — были объединены в один — Береговые войска. В настоящее время в состав Бере­говых войск Тихоокеанского и Балтийс­кого флотов вошли группировки сухопут­ных войск, соединения и части которых расположены в районах базирования сил флотов.

Береговые войска как новый род сил ВМФ имеются в составе Северного, Тихо­океанского, Балтийского, Черноморского флотов и Каспийской флотилии. Кроме того, на Тихоокеанском и Черноморском флотах соединения и части береговых войск входят в состав сил флотов, дисло­цирующихся на Камчатке и Черноморс­ком побережье России. Несмотря на то, что БВ самый молодой род войск ВМФ, они имеют историческое прошлое по таким составляющим, как БРАВ и МП.

ЧАСОВЫЕ ПОБЕРЕЖЬЯ

Одной из основных составляющих со­временных береговых войск, которые само­стоятельно и совместно с ракетными ко­раблями флота решают задачи уничтоже­ния надводных кораблей противника, являются береговые ракетно-артиллерий­ские войска. (БРАВ) Военно-морского фло­та России, воплотившие в себе славные мно­говековые традиции береговой артиллерии.

С появлением в конце XIV века на Руси огнестрельных орудий началось стро­ительство укреплений, защищающих ар­тиллерийским огнем важнейшие участки побережья, крупных приморских городов и устьев рек. Эти укрепления получили название береговых батарей — родона­чальниц береговой артиллерии, которые в последующем входили в состав морских фортов и приморских крепостей.

Однако наиболее целенаправленное развитие береговая артиллерия получила в ходе походов Петра I. Сразу же после выхода русских войск на побережье Бал­тийского моря во время Северной войны (1700—1721) в устье Невы и на острове Котлин создаются многочисленные бере­говые батареи. Уникальным сооружением являлась Петропавловская крепость. Ее многочисленная артиллерия надежно при­крывала вход в Неву. Оригинально был решен вопрос о защите морских подсту­пов к Петербургу. В связи с тем, что артил-лерия острова Котлин не могла прикрыть северные и южные фарватеры, там реше­но было построить форты на искусствен­ных опорах. В июне и июле 1705 года ар­тиллерия этих фортов во взаимодействии с артиллерией Котлина успешно отража­ла атаки шведских кораблей.

В конце Северной войны на южном и северном побережьях Финского залива, а также в Або-Аландских шхерах были со­зданы новые приморские крепости с силь­ным артиллерийским вооружением. Толь­ко в крепости Ревеля на вооружении име­лось более 300 орудий.

С выходом России на Черное море бе­реговая артиллерия развертывается и на Черноморском побережье, сначала в кре­постях Очаков, Кинбурн и Севастополь, а позже и в других пунктах. Первые берего­вые батареи в Севастополе построены по инициативе великого русского полковод­ца А.В. Суворова Много внимания разви­тию береговой артиллерии уделяли рус­ские флотоводцы Ф.Ф. Ушаков, Д.Н. Сенявин, М.П. Лазарев, В.А. Корнилов.

С развитием средств борьбы на море и появлением минного оружия в начале XX века для защиты важнейших участков побережья началось создание минно-артиллерийских позиций, которые позволи­ли успешно бороться с превосходящим морским противником и надежно защи­щать приморские города и военно-морс­кие базы. Исключительную роль береговая артиллерия сыграла в обороне Порт-Ар­тура в 1905 году, Моонзундских и Аландс­ких островов в 1917 году.

Хотя береговая артиллерия решала задачи в основном в интересах флота, орга­низационно она подчинялась Главному артиллерийскому управлению Сухопут­ных войск, что затрудняло ее эффективное использование. С 27 марта 1930 года бе­реговая оборона перешла в подчинение начальнику Военно-морских сил РККА (ВМС РККА).

С приемом береговой артиллерии в состав ВМС началось ее возрождение, и к началу Великой Отечественной войны в состав береговой обороны входило 332 ар­тиллерийские батареи и б бронепоездов, всего 1224 орудий калибра 406 миллиметров и дальностью стрельбы до 45,5 кило­метров. По сравнению с 1931 годом коли­чество батарей увеличилось в 8, а орудий в 7,7 раза. Эти батареи составляли основу береговой обороны, которая до конца 1950-х годов решала задачи обороны ВМБ, портов, важных участков морского побе­режья, островов, проливов.

Особенно напряженно велись работы на Балтийском флоте, активное строитель­ство стационарных артиллерийских бата­рей проводилось на Северном и Тихооке­анском флотах. Сроки на строительство батарей отводились очень сжатые: для от­крытых батарей — полгода, для башен­ных — год.

В октябре 1940 года Н.Г. Кузнецов вместе с начальником ГМШ Л.M. Галлером докладывал И.В. Сталину о ходе работ по строительству береговых батарей и об ук­реплении западных морских границ на всем их протяжении.

В соответствии с планом обороны важнейшие пункты морского побережья были защищены береговой артиллерией, которая была способна во взаимодей­ствии с другими родами сил флота решать задачи по уничтожению превосходящих корабельных сил противника при веде­нии боя в прибрежном районе на минно-артиллерийской позиции, участвовать в противодесантной и противокатерной обороне.

В годы Великой Отечественной войны береговая артиллерия особенно проявила себя в обороне городов-героев: Севастополя, Ленинграда, Одессы, Керчи, Новорос­сийска, Мурманска. Она являлась основ­ным огневым средством в обороне Талли­на, полуострова Ханко, Моонзундских островов на Балтийском море, полуостро­ва Рыбачий и Средний на побережье Ба­ренцева моря, военно-морской базы Туап­се на Черном море. В связи с тем, что противник не предпринимал активных дей­ствий против нашего побережья со сторо­ны моря, основные усилия береговой ар­тиллерии были сосредоточены на уничто­жении сухопутных целей. Однако за весь период войны береговые батареи внесли достойный вклад в разгром морского про­тивника, уничтожив 70 и повредив более 60 кораблей.

По окончании Великой Отечествен­ной войны была проведена реорганизация береговой артиллерии, отдельные берего­вые артиллерийские батареи переформи­рованы в полки и бригады, разрабатыва­лись и принимались на вооружение новые артиллерийские системы вооружения для береговой артиллерии с учетом опыта вой­ны. До 1950 года были восстановлены все стационарные береговые артиллерийские батареи, разрушенные в результате боев при обороне Крыма, Прибалтики.

Вооружение береговой артиллерии требовало дальнейшего развития. Комплек­сы должны были обладать маневренностью, лучшей баллистикой, усиленной броневой защитой и боеприпасами, способными по­ражать обычные и бронированные надводные корабли. В состав артиллерийского комплекса должны входить радиолокаци­онные станции обнаружения и сопровож­дения морских целей, современные прибо­ры управления стрельбой.

Учитывая эти требования, в начале 1950-х годов была проведена модерниза­ция стационарной артиллерии и приняты на вооружение новые береговые артилле­рийские системы КСМ-65 (1953) и СМ-4-1 (1955) на механической тяге.

К середине 1950-х годов на вооруже­нии БА ВМФ состояли артиллерийские системы калибра 305 миллиметров, 180 миллиметров, 152 миллиметра, 130 мил­лиметров, 100 миллиметров. По степени подвижности они разделялись на стацио­нарные артиллерийские установки, желез­нодорожные артиллерийские установки и артиллерийские установки на механичес­кой тяге.

Особенного развития береговая артил­лерия достигла на Балтийском и Тихооке­анском флотах. Так, в 1955 году в состав БФ входило около 50 береговых артилле­рийских батарей, а в состав ТОФ — около 60 артиллерийских батарей.

Расположение боевых порядков бата­рей, организация взаимодействия берего­вой артиллерии с береговой системой на­блюдения позволяла надежно прикрывать ВМБ, прибрежные коммуникации, контро­лировать проливные зоны и поражать над­водные цели с третьего-четвертого залпа.

В связи с развитием ракетного оружия в середине 1950-х годов на вооружение береговых частей ВМФ были приняты бе­реговые ракетные комплексы первого по­коления «Сопка» (подвижный) и «Стре­ла» (стационарный) с противокорабель­ными ракетами тактического назначения.

Береговая артиллерия в 1958 году была переименована в береговые ракетно-артиллерийские войска (БРАВ), в состав ко­торых вошли отдельные ракетные и артил­лерийские части и подразделения (БРЧ).

В конце 1960-х годов был разработан и принят на вооружение береговой ракетный комплекс (БРК) второго поколения «Редут» (подвижный) и «Утес» (стационарный), на­чался следующий этап перевооружения бе­реговых ракетных частей. Этот комплекс оперативно-тактического назначения позво­лил значительно повысить боевые возможности береговых ракетно-артиллерийских войск и иметь преимущество перед боевы­ми кораблями вероятного противника. ВМФ, один из первых флотов мира, имел на своем вооружении достаточно эффективное оружие для борьбы с надводными корабля­ми противника, способное поражать их про­тивокорабельными ракетами до подхода ко­раблей на дальности применения своего ору­жия по береговым объектам.

Многие иностранные государства, в последующие годы и в настоящее время, продолжают размещать на своем побере­жье в составе ВМС наши комплексы с про­тивокорабельными ракетами тактическо­го и оперативно-тактического назначения (ТН и ОТН), что свидетельствует о их на­дежности в решении задач береговой обо­роны и защиты своих территорий от уда­ров с моря.

В начале 1980-х годов на вооружение береговых ракетно-артиллерийских войск флота поступил новый подвижный бере­говой ракетный комплекс тактического назначения «Рубеж», обладающий высоки­ми боевыми возможностями, мобильнос­тью и автономностью действий.

В настоящее время береговые ракетно-артиллерийские войска флотов, имея на вооружении береговые ракетные ком­плексы оперативно-тактического, такти­ческого назначения и береговую артилле­рию, способны успешно бороться с над­водным противником в зоне досягаемости своего оружия как самостоятельно, так и во взаимодействии с другими силами фло­тов, поражая корабли и суда на расстоя­нии до 300 километров.

Продолжая развитие средств борьбы с морским противником, научные орга­низации и военная промышленность разработали и приступили к созданию бере­говых ракетных и артиллерийских комп­лексов третьего поколения, лучшими об­разцами которых являются прошедший государственные испытания 130-милли­метровый береговой самоходный артил­лерийский комплекс «Берег» и разрабатываемый береговой ракетный комплекс «Бал».

Береговые ракетные и артиллерийс­кие комплексы третьего поколения позво­лят частям БРАВ успешно бороться с быс­троходными, высокоманевренными надводными кораблями противника, создавать надежную защиту нашего мор­ского побережья, особенно на закрытых и прилегающих морях и проливных зонах. Присущие этим перспективным берего­вым ракетным и артиллерийским комп­лексам качества — высокая эффектив­ность поражения, мобильность, живучесть и постоянная готовность к применению оружия в любых условиях — позволяют флоту надежно прикрыть от ударов с моря пункты базирования и боевые надводные корабли в базах и при выходе их в при­брежные воды.

История развития средств береговой обороны неоднократно доказала, что для защиты с моря на побережье должна быть пушка, а при наличии новых средств борьбы с кораблями противника — эф­фективное противокорабельное ракетно-артиллерийское оружие в составе БРАВ ВМФ России.

СОЛДАТЫ МОРЯ

Зарождение русской морской пехоты относится к временам глубокой древнос­ти, когда славянские воины на своих стре­мительных ладьях совершали дальние по­ходы по Балтийскому и Черному морям, захватывая при этом прибрежные города и крепости. Тактику действия вооружен­ных воинов с боевых кораблей хорошо понимали и талантливо использовали мно­гие русские князья: Олег в своем походе на Константинополь, Святослав при поко­рении Хазарского каганата и в сражениях с византийцами у Доромтола, Владимир Мономах в войнах с половцами.

Не менее широко использовалась мо­бильность войск, способных сражаться одновременно как на море, так и на суше, и казаками в их многочисленных похо­дах-набегах по Черному морю. Однако со­здание морской пехоты как рода войск стало возможным лишь с началом созда­ния отечественного Военно-морского флота России.

В 1668 году в связи с постройкой на верфи села Дединово на реке Оке первого русского парусного военного корабля «Орел» в составе его экипажа была предус­мотрена партия из 35 стрельцов (солдат корабельных). В командование кораблем вступил голландец, капитан русской служ­бы Давид Бутлер, который составил для экипажа «Орла» первый прообраз будуще­го Морского устава, известного под назва­нием «34 статьи артикульные» или «Кора­бельного строя письмо». В нем были пре­дусмотрены специальные задачи для этой партии. Особые подразделения солдат дол­жны быть подготовлены для ведения ру­жейного огня в морском сражении, несе­ния корабельной караульной службы, абордажного боя, высадки с кораблей.

В первые годы Северной войны зада­чи морской пехоты выполняли обыкно­венные армейские полки. Так, 31 мая 1702 года отрядом солдат на лодках была атакована флотилия шведских судов на Чудском озере и захвачена вооруженная яхта. В этом же году 10 июля, там же, сол­датами Семеновского полка на лодках в абордажном бою с четырьмя неприятель­скими судами была взята в плен еще одна яхта. В обоих случаях в захватах судов уча­ствовали команды гребных шлюпок, нахо­дящихся в штатах Преображенского и Се­меновского гвардейских полков.

В конце 1704 года Петр I написал «Предложение о начинающемся флоте», где сформулировал свои мысли о перспек­тивах создания военно-морских сил на Балтике. Касаясь создания морской пехо­ты, он писал: «Надлежит учинить полки морских солдат (числом по флоту смотря) и разделить по капитанам вечно, к кото­рым надлежит капралов и сержантов взять из старых солдат ради лучшего обучения строю и порядков». В том же году на пост­роенные первые семь галер были распи­саны солдаты по 150 человек на каждую без сведения в единую команду.

А 16 ноября (27 ноября по новому стилю) 1705 года было Высочайшее Повеление адмиралу Ф.А. Головину о формиро­вании первого полка морских солдат, пред­назначенного для корабельной службы в десантно-абордажных командах. Эту дату и принято считать началом образова­ния российской морской пехоты.

Первый солдатский морской полк су­щественно отличался от обыкновенных армейских полков, и объяснялось это спе­цификой деятельности создаваемого фор­мирования. В армейском полку насчиты­валось 38 офицеров, а в морском 45, такое же соотношение имели и унтер-офицеры. Объяснялось это различие тем, что морс­кому полку предстояло действовать в бо­лее сложных условиях, кроме того, каждая десантно-абордажная команда действова­ла отдельно и независимо от остальных, и каждая, естественно, нуждалась в четком руководстве.

Не менее существенной особенностью солдатского морского полка было то, что в своем составе он не имел артиллерийс­кого парка и артиллерийской команды. Это объяснялось тем, что при высадке де­санта морские солдаты должны были под­держиваться огнем артиллерии кораблей, а при ведении боевых действий на берегу укомплектовываться корабельными пуш­ками с матросами-артиллеристами.

В первом морском солдатском полку было два батальона, каждый состоял из пяти рот. В роте — 125 рядовых солдат. Общая численность полка: 45 штаб- и обер-офицеров, 70 унтер-офицеров, 1250 рядовых. На вооружении имелось: у офицеров — шпаги и пистолеты, унтер-офицеров и рядовых — ружья с багинетами (с 1709 года багинеты заменены на штыки), гранаты, абордажные тесаки и топоры-нитрепели.

Первым боевым делом морского пол­ка стал бой в октябре 1706 года в Выборг­ском заливе. Тогда отряд русских лодок капитана Бахтиярова с командой морских солдат атаковал два шведских бота, стоявших на якорях. Несмотря на большой чис­ленный перевес противника (у шведов было более 200 человек при восьми ору­диях, а у атаковавших всего полсотни) один бот «Эсперн» после ожесточенного боя был захвачен. Среди павших был бом­бардир Автоном Дубасов — пращур буду­щего известного адмирала и героя русско-турецкой войны (1877—1878) Ф.В. Дубасова, среди раненых — бомбардир Наум Сенявин — родоначальник славной морс­кой династии, давшей Отечеству немало выдающихся флотоводцев.

В 1712 году, когда флот значительно увеличился и стал состоять из трех эскадр, распределять солдат по кораблям стало очень сложно, так как на каждую из эскадр приходилось посылать отряд, не совпадав­ший по численности ни с батальоном, ни с ротой. Ввиду этого первый морской сол­датский полк был немедленно расформи­рован и на его базе созданы пять отдель­ных морских солдатских батальонов: ба­тальон вице-адмирала для действий в составе десантно-абордажных команд на кораблях авангарда батальон адмирала, предназначенный для тех же целей на ко­раблях кордебаталии (центра) батальон контр-адмирала — для действий на ко­раблях арьергарда галерный батальон — для десантно-абордажных партий на гале­рах и адмиралтейский батальон — для караульной службы на берегу. Солдат для формируемых батальонов брали из Казан­ского пехотного полка, двух армейских полков, находящихся в Москве, а также во­ронежских полков: Вяземского, Хвостовского, Коробского.

Согласно Морскому уставу, при на­хождении на кораблях десантно-абордажная команда была подчинена непос­редственно командиру корабля, а в части специальной подготовки — начальнику солдатской команды эскадры, то есть сво­ему командиру батальона. Во время десан­тных операций после высадки на берег все команды объединялись в единый баталь­он и действовали вместе.

Обмундирование морских солдат со­стояло из тикового бострога, матросского кафтана, канифасных штанов, рубахи с портами, галстука, чулок, башмаков с са­погами, вязаной и солдатской шляп, стро­евого кафтана и камзола.

Солдатские морские батальоны Петр I стремился пополнять за счет уже опытных солдат, а не новобранцев рекрутов. Это объяснялось прежде всего сложнос­тью стоящих перед батальонами задач. Так, к примеру, посылка в абордажную свалку рекрута была равносильна его убий­ству. Не в пример новобранцам, опытные и обстрелянные солдаты, прошедшие все трудности армейской службы, быстро ос­ваивали и нелегкую специфику морских полков.

Впервые в полном составе все морские солдатские батальоны приняли крещение в знаменитом Гангутском сражении 27 июля (7 августа) 1714 года, когда галер­ный российский флот под водительством Петра I наголову разгромил отряд кораб­лей шведского контр-адмирала Н. Эреншельда и захватил в плен фрегат, шесть галер и три шхербота вместе с адмиралом. Это была первая морская победа молодо­го русского флота над превосходящими силами опытного противника.

Особое место в истории отечествен­ной морской пехоты занимает десантный корпус, сформированный в 1713— 1714 годах для совместных действий ар­мии и флота по овладению Южной Фин­ляндией. Являясь временным соединени­ем, корпус насчитывал в различное время от 16 до 26 тысяч человек. При этом Пет­ром I было взято за правило, что армейс­кие полки, в отличие от постоянных под­разделений морской пехоты, не дробить, а доставлять к месту высадки и высажи­вать только в полном составе. Причина столь однозначного решения очевидна — более низкий уровень подготовки к дей­ствию в таких экстремальных условиях как десантирование, чем у постоянных морских солдатских батальонов, умевших сражаться в составе рот и более малочис­ленных команд. Для облегчения руковод­ства и действий мало знакомых с особен­ностями морского дела армейских десан­тников боевые порядки галерного флота были организованы по армейскому образ­цу, подразделяясь на бригады, батальоны и роты. Непременно выполнялось в десантном корпусе и еще одно условие: во всех его полках и батальонах обязательно при­сутствовали инструкторы из морских сол­датских полков.

Описывая храбрость морских солдат и солдат десантного корпуса в Гангутском бою, Петр I писал: «Воистину нельзя опи­сать мужество российских войск как на­чальных, так и рядовых, понеже абордирование так жестоко чинено, что от непри­ятельских пушек несколько солдат не ядрами и картечами, но духом пороховым от пушек разорваны».

Абордажная схватка решила исход и другого значительного морского сражения Северной войны. Галерный флот 27 июля 1720 года под началом князя генерала М.М. Голицына одержал блестящую побе­ду у острова Гренгам над корабельной шведской эскадрой. В результате одновре­менной атаки галер с различных направ­лений в абордажном бою были захвачены четыре неприятельских фрегата.

В ходе войны 1700—1721 годов совер­шенствовались формы и методы исполь­зования морской пехоты. Так, в десантной операции по овладению Гельсингфорсом в 1712 году были предусмотрены: порядок посадки войск на суда и походный строй галер на переходе морем, боевой порядок судов в бою за высадку и боевой порядок войск на берегу. Определено было и на­правление главного удара — тылы непри­ятельского гарнизона кроме главного, пре­дусматривались отвлекающие и обеспечи­вающие удары.

После смерти основателя отечествен­ного флота императора Петра Великого в 1725 году его любимое детище быстро вет­шало коснулось лихолетье и морских сол­датских батальонов. Уже в 1727 году ре­шением адмиралтейств коллегии за неиме­нием средств к содержанию были расформированы все батальоны, за исклю­чением адмиралтейского и трех галерных рот. Остальной личный состав был распре­делен по кораблям и судам пропорцио­нально их рангам и водоизмещению. Новая организация получила наименование солдатской команды флота. Во время рус­ско-турецкой войны (1768—1774) отря­ды морской пехоты русской эскадры под командованием адмирала Г.А. Спиридова освобождали ряд островов Греческого ар­хипелага, сражались в Чесменском морс­ком бою 1770 года, участвовали в овладе­нии портом Наварин (1770), крепостью Бейрут (1772).

Особая страница истории морской пехоты — Средиземноморская экспеди­ция адмирала Ф.Ф. Ушакова в 1798— 1800 годах. Тогда в составе Российской эс­кадры участвовали практически все морс­кие солдаты Черноморского флота.

Во время этой кампании были взяты ряд островов Ионического архипелага, первоклассная крепость на острове Кор­фу, высажены десанты на итальянском побережье и освобождена от наполеонов­ских войск вся Южная Италия. В одном из своих приказов Ф.Ф. Ушаков писал «По­сылаю я на мотерый берег десант. 100 че­ловек гренадер и мушкетер еще с одним офицером и пристойным числом урядни­ков. Вам напоминаю, покажите такой вид, чтоб неприятель считал вас в великом чис­ле, и так наводите ему страх, чтобы он из отдаленных укреплениев бежал бы внутрь крепости».

Наиболее трудной операцией всей кампании было овладение крепостью Кор­фу, имевшей гарнизон в 3000 человек и 600 с лишним орудий. Во время взятия крепости первоначальный удар был на­правлен на ключевую позицию — остров Видо. Высадка десанта производилась од­новременно в трех направлениях. В пер­вом эшелоне, построенном в линию фрон­та, шли боты, баркасы и большие шлюп­ки. Здесь были задействованы наиболее опытные десантники, способные быстро занять пункты высадки и закрепиться в них. Во втором эшелоне были шлюпки меньших размеров. В нем шли наряду с морскими солдатами и выделенные в де­сант матросы корабельных экипажей. Третий эшелон перевозил артиллерию, боеза­пас, штурмовые лестницы. Всю высадку прикрывала корабельная артиллерия, ведя по береговым укреплениям интенсивный беглый огонь. Когда десант высадился на берег, Ушаков перенес артиллерийский огонь по основным французским укрепле­ниям. Не выдержав столь массированно­го удара, Корфу капитулировала. Сам ад­мирал доносил императору Павлу, что морские солдаты сражались при взятии крепости с «беспримерной храбростью и радением». Взятие крепости Корфу в фев­рале 1799 года (одной из сильнейших кре­постей в Европе) с моря при отсутствии осадной артиллерии и достаточного коли­чество войск, снаряжения и продоволь­ствия является беспрецедентным случаем в истории войн.

В 1779 году на Каспийском море была сформирована солдатская команда числен­ностью 80 человек, в 1796 году в связи с очередной кавказской войной численность команды была увеличена до 150 человек, и через два года потребность в морских сол­датах составляла 510 человек. В этой связи летом 1805 года на флотилии был сформи­рован Каспийский особый морской бата­льон, состоявший из четырех рот.

В Отечественной войне 1812 года от­ряды моряков из Гвардейского флотского экипажа сражались на Бородинском поле, затем с боями вместе с русской армией дошли до Парижа. В ряде сражений этой кампании, а также во взятии Парижа, уча­ствовал 75-й Черноморский флотский эки­паж.

В начале Крымской (Восточной) вой­ны в 1853 году на Черноморском флоте был создан внештатный десантный отряд. Когда же англо-французские войска выса­дились в Крыму и создалась угрожающая обстановка для Севастополя, по распоря­жению вице-адмирала В.А. Корнилова на­чалось формирование сразу нескольких морских десантных батальонов. Формиро­вание их облегчалось тем, что еще с лаза­ревских времен на кораблях были созданы специальные десантные команды, име­нуемые стрелковыми партиями, то есть, по существу, нештатные подразделения мор­ской пехоты, имеющие боевой опыт кав­казских десантов.

В марте 1854 года Корнилов отдал рас­поряжение о формировании двух допол­нительных десантных батальонов за счет корабельных стрелковых партий. А 1 июля формируется еще два батальона, причем один из них усиленного восьмиротного состава.

Всего же в героической обороне Сева­стополя принимали участие 17 десантных и стрелковых батальонов. Кроме этого, в ходе обороны постепенно на сухопутный фронт сошел практически весь личный состав Черноморского флота, кроме ко­манд вооруженных пароходов.

Несмотря на то, что необходимость воссоздания морской пехоты была нео­днократно доказана, в течение всего XIX века руководство морским министер­ством организовать такие подразделения не пыталось.

В период русско-японской войны (1904—1905) морские десантные отряды использовались прежде всего при оборо­не Порт-Артура. В ожесточенных боях моряки показывали чудеса героизма, но усилия защитников Порт-Артура не увен­чались успехом, и 2 января 1905 года кре­пость пала.

С началом Первой мировой войны стала очевидна необходимость срочной организации частей морской пехоты раз­личного назначения. Уже в августе 1914 года в Кронштадте началось форми­рование 1-го батальона из личного соста­ва 2-го Балтийского экипажа. Еще два ба­тальона были сформированы на базе гвар­дейского экипажа. На Балтийском и Черноморском флотах было сформирова­но несколько полков морской пехоты, в частности для высадки на побережье Бос­фора. Кроме подразделений морской пе­хоты, на крупных кораблях имелись рас­четы личного состава из числа экипажа, предназначенные для использования в де­сантных операциях.

В сентябре 1914 года первый баталь­он гвардейского экипажа уже принимал участие в боевых действиях на реке Неман.

Кроме отдельных батальонов, предназ­наченных для действий на сухопутном фронте, Ставка потребовала от министер­ства создания частей морской пехоты для обороны приморских крепостей и оборо­ны побережья.

В ходе гражданской войны в рядах Крас­ной армии сражалось около 170 десантных, экспедиционных или входивших в сухопут­ные части отрядов, соединений и подразде­лений военных моряков (в том числе две морские экспедиционные дивизии). Ими же были укомплектованы экипажи 40 броне­поездов и артиллерийских бронелетучек. Всего на фронтах находилось до 75 тысяч моряков, списанных с кораблей.

С марта 1930 года морская пехота вошла в состав войск береговой обороны, которая вошла в состав Военно-Морских Сил СССР.

В соответствии с директивой началь­ника ГМШ ВМФ от 6 июня 1939 года на базе Отдельного Кронштадтского крепо­стного полка Балтийского флота было на­чато формирование Отдельной специаль­ной стрелковой бригады Краснознаменно­го Балтийского флота. Бригада принимала участие при высадке десанта на островах восточной части Финского залива. Таким образом, организационно как род сил ВМФ СССР морская пехота оформилась только в 1939 году.

Приказом наркома ВМФ от 25 апре­ля 1940 года Особая специальная стрелко­вая бригада КБФ была переименована в 1-ю отдельную бригаду морской пехоты КБФ и передислоцирована в район Койвисто. Одновременно с ее созданием было намечено формирование соединений и частей морской пехоты и на других фло­тах и флотилиях.

С началом Великой Отечественной войны в срочном порядке формировались части и соединения морской пехоты. Только под Москвой осенью 1941 года сражалось более десятка соединений мо­ряков, а четыре отдельные морские стрел­ковые бригады ТОФ стали тем таранным резервом Г.К. Жукова, который обеспечил успех контрнаступления советских войск и погасил германский «Тайфун» у стен столицы.

Черные бушлаты на белом снегу Под­московья и матросское «Полундра!» 1941 года стали символами, живой леген­дой войны. Именно поэтому все создан­ные с 22 июня 1941 года морские стрел­ковые части — 30 бригад (около 100 ты­сяч человек) — традиционно в народе именуются морской пехотой.

Уже к августу—сентябрю 1941-го Бал­тийский флот для защиты Ленинграда вы­делил две морские бригады (в том числе одну курсантскую), четыре полка и свыше 40 отдельных батальонов и рот морской пехоты. Черноморский флот, ведя непре­рывные боевые действия в море, сформи­ровал восемь бригад, несколько полков и свыше 30 отдельных батальонов и рот кроме того, черноморцы воевали в соста­ве 12 морских стрелковых бригад. Только за первые месяцы войны Северный флот сформировал 16 различных частей и под­разделений морской пехоты. Именно там, на Севере, егерям генерала Дитла за всю войну не удалось перейти Государствен­ную границу СССР.

Тихоокеанский флот за годы войны выделил для боевых действий на суше 14307 человек. Военно-морские учебные заведения за годы войны откомандирова­ли на сухопутные фронты 8656 человек, ча­сти Центрального подчинения ВМФ — 15 569 человек.

Мало кто знает, что первая попытка вести боевые действия «малой кровью и на чужой территории» была предпринята в первый же день войны.

Моряки Дунайской флотилии, взвод старшего лейтенанта М. Козельбашева, 22 июня 1941 года переправились через Дунай, а уже к 26 июня с основными силами десанта, пограничниками и одним полком Чапаевской дивизии очистили румынский берег от врага на протяжении 75 километ­ров. «Безумство храбрых» морская пехота демонстрировала неоднократно.

Сегодня забытым оказался подвиг мо­ряков Днепровской флотилии, когда наша офицерская рота стойко держала оборо­ну под Киевом, а затем в ожесточенных боях за десять суток прорвалась из окру­жения. В ходе Керченско-Эльтигенской десантной операции в ноябре 1943 года моряки 83-й и 255-й бригад морской пе­хоты, 369-го и 386-го отдельных батальо­нов МП ЧФ заняли плацдарм у поселка Эльтиген, 36 суток десантники без поддер­жки основных сил удерживали плацдарм, зимой, без пищи и на голых обледеневших камнях, сражаясь трофейным оружием.

Так, 26 марта 1944 года 68 десантни­ков майора К. Ольшанского высадились в торговом порту города Николаева и в те­чение двух суток удерживали плацдарм. Моряки отбили 18 атак немцев: 3-х пехот­ных батальонов, при поддержке 4-х тан­ков, 2-х минометов и 4-х орудий. Ольшанцы уничтожили около 700 фашистов, 2 танка и 4 орудия. Все получили звание Героя Советского Союза. Стойкость и ге­роизм проявили морские пехотинцы при обороне Кольского полуострова, в боях под Либавой, Таллином, на Моонзундских островах, полуострове Ханко, под Москвой и Ленинградом мужественно дрались они за Одессу и Севастополь, Керчь и Новорос­сийск, уничтожали врага под Сталингра­дом, защищали Кавказ.

«В пыльных одесских окопах, в сосно­вом лесу под Ленинградом, в снегах на под­ступах к Москве, в путанных зарослях се­вастопольского горного дубняка, — писал Леонид Соболев в рассказе «Морская душа», — везде видел я сквозь распахну­тый как бы случайно ворот защитной ши­нели, ватника, полушубка или гимнастер­ки родные сине-белые полоски морской души». Так моряки любовно называли тельняшку. Морские части и соединения использовались командованием на сухо­путных фронтах до самого конца Великой Отечественной войны.

Почти неизвестны широкому кругу читателей действия морской пехоты ТОФ, прежде всего потому, что уж очень они были кратковременны.

А ведь именно быстрота и суворовс­кий натиск десантников 13-й бригады МП ТОФ, 358-го батальона МП, 365-го от­дельного батальона МП, сводного морско­го батальона Совгаванской ВМБ позволи­ли захватить порты в Корее, на Южном Сахалине и Курильские острова. Авиаде­сантами моряков-тихоокеанцев были зах­вачены города Порт-Артур и Дальний.

Всего же за годы Великой Отечествен­ной войны морская пехота участвовала в 122 десантах на всех театрах военных дей­ствий (общей численностью 330 тысяч че­ловек с техникой и вооружением).

Именно из личного состава морской пехоты формировались подразделения и части первого броска для захвата плацдар­мов на берегу противника, и лишь после успеха частей первого броска высажива­лись основные силы десанта. Родина вы­соко оценила боевые заслуги морской пе­хоты в Великой Отечественной войне: пять бригад и два батальона морской пе­хоты были преобразованы в гвардейские девять бригад и шесть батальонов награждены орденами, многим присвоены по­четные наименования. Десятки тысяч морских пехотинцев награждены ордена­ми и медалями СССР, а 122-м из них при­своено звание Героя Советского Союза(1). После Великой Отечественной войны ча­сти морской пехоты в 1956 году были рас­формированы. Очередное настоящее воз­рождение началось в 1963 году, когда из состава Белорусского округа в состав Бал­тийского флота был передан 336-й гвар­дейский стрелковый полк и на его базе об­разован отдельный полк МП такие же полки были созданы также и на других флотах. С 1967 года морская пехота ВМФ СССР приступила к выполнению задач боевой службы в Средиземном море, Ти­хом, Индийском и Атлантическом океа­нах.

В 1975—1977 годах личный состав де­санта и экипаж БДК помог перевозить гру­зы и продовольствие для голодающего на­селения острова Сокотра. В 1978 году в трудные для Эфиопии дни (там шла гражданская война) силами морской пехоты было эвакуировано и спасено более 600 че­ловек. Проявляя мужество, морские пехо­тинцы оказали помощь народу НДР Йемен.

Современные морские пехотинцы, кроме качеств сухопутного бойца-универ­сала, должны быть наделены и особыми качествами десантника.

Они должны уметь быстро и органи­зованно занять свои места на десантных кораблях и высаживаться с них на мелко­водный прибрежный участок моря на воду и на берег в сложных условиях грузить на корабли и выгружать с них различную бо­евую технику, эффективно вести огонь с десантного корабля, высадочных средств (в том числе воздушных), стремительно выходить на берег под огнем противника в условиях наката и прибоя, захватывая на берегу плацдарм (участок, район), удержи­вая его и тем самым обеспечивая высадку и снабжение основных сил десанта. И, ко­нечно же, все это — и днем и ночью, без тяжелого оружия и всегда впереди и в от­рыве от основных сил.

Соединения и части морской пехоты имеют на вооружении танки и CAV, ракетные установки залпового огня, брони­рованные машины пехоты, скорострель­ные минометы, стационарные и носимые ПТУР и средства ПВО, инженерную тех­нику и так далее. В десантно-штурмовых и разведывательных подразделениях деся­тилетиями готовится элита морской пехо­ты, настоящие универсалы своего дела. Продолжает совершенствоваться оргштатная структура подразделений морс­кой пехоты, проходят испытания новые образцы боевой техники, отвечающие тре­бованиям уже нового, XXI века.

Современная морская пехота как род войск входит в состав Береговых войск ВМФ, предназначена и специально подго­товлена для ведения боевых действий в составе морских десантов, а также реше­ния задач по обороне военно-морских баз, пунктов базирования береговых объектов. Береговые войска всех флотов и Каспийская флотилия имеют в своем составе соединения и части морской пе­хоты.

Выполнение специфических задач в морских десантах требует особой под­готовки морских пехотинцев. Специ-альная десантная и физическая подго­товка — важнейшие элементы их бое­вой учебы.

Служба в морской пехоте нелегка, по­этому части морской пехоты комплекту­ются наиболее подготовленными в физи­ческом отношении молодыми людьми. Но несмотря на трудности и некомфортность, которые сопровождают морских пехотин­цев все годы их службы, служившие в морской пехоте остаются преданными ей на всю жизнь.

Комплектование Вооруженных сил России на контрактной основе, по-види­мому, предъявит еще более жесткие тре­бования к отбору кандидатов для службы в морской пехоте.

Это вселяет уверенность, что у России в XXI веке будет современная морская пехо­та — с прежними славными традициями.

(1) Советская военная энциклопедия. Т. 5. — М. 1978. С. 102.

Источники: http://blog.stalkersworld.ru/, http://www.beriki.ru//02/05/istoriya-s-demografiei-i-pro-berezniki-tozhe, http://flot.com/publications/books/shelf/russianfleet/5.htm






Комментариев пока нет!

Поделитесь своим мнением